Записки эрзац-внука

Год издания: 2011

Кол-во страниц: 336

Переплёт: твердый

ISBN: 978-5-8159-1065-2

Серия : Биографии и мемуары

Жанр: Воспоминания

Доступна в продаже
Рекомендованная цена: 300Р

Автор книги – Алексей Щеглов - сын режиссера Ирины Вульф, «эрзац-внук» Фаины Раневской, как она сама его называла.

Это воспоминания о великих людях: Павле Вульф, Анне Ахматовой, Юрии Завадском, Любови Орловой, Ростиславе Плятте, Фаине Раневской и многих других, с кем автора свела судьба.

В книге собраны фотографии и рисунки из архива автора.

Содержание Развернуть Свернуть

Содержание

 

Начало    5
Павла    7
Ирина    8
Фаина    21
Завадский    26
Щеглов    33
Жолтовский    42
Ташкент    49
Улица Герцена    56
Внуково    74
Гастроли    84
Ордынка    97
Старопименовский    103
Хорошёвка    111
Котельническая набережная    139
МАРХИ    173
Студия    204
Юрий Александрович    205
Орлова    208
Плятт    209
Мордвинов    211
Марецкая    214
Никонов    216
Париж    218
ГИТИС    223
Друзья    231
Память    238
Южинский переулок    254
Письма в Кабул    304
Берлинские реалии    315
Димка    318
Библиография    322
Указатель имён    324

Почитать Развернуть Свернуть

Начало
 

Как были знакомы Жолтовский и Завадский и почему они уцелели? И вообще — как они жили в театре, в своём искусстве, в архитектуре, почему их дети так мало знали об этой жизни?

В детстве, на грани сна меня иногда настигало явление прошлого кошмара — будто до того как я родился, мои близкие что-то скрыли и скрывают сейчас от меня, страшное и чудовищное — и эта тёплая постель с доброй подушкой — только случайное состояние, а тогда было всё плохо и ужасно... И почему они ушли, так ничего и не сказав, мои близкие?

Как пришла эта профессия ко мне — случайно или всё было предопределено? И карабкаясь теперь по архитектурным веткам генеалогического и театрального древа, можно узнать всё это, узнать заново уже знакомых и познакомиться с прежде чужими людьми, вошедшими в нашу жизнь.

Может быть, тогда нам будет легче увидеть впереди дорогу или другой, ещё не известный поворот?

Фаина Георгиевна Раневская не признавала новогодних праздников: «Тогда нужно праздновать начало каждого месяца, — не вижу разницы», — говорила она. Ни Новый год, ни новый век, действительно, не имеют ощутимых границ.

И тем не менее они есть. «Хочу в девятнадцатый век», — убегала Раневская от своей повседневности. Сейчас, когда кончился двадцатый, всё, что с ним связано, возвращает назад, в далёкий девятнадцатый, когда только начинали свою жизнь люди, не знавшие нас, но уже связанные с нашими днями единственной дорогой, которую я, вспоминая, открываю для себя.

Они все встретятся, неповторимые люди из прошлого. Без них невозможно представить начало театральной студии, творческой школы, мастерской. Цветаева, Вахтангов, Чехов, Станиславский, Гельцер, Раневская, Вульф, Завадский, Смышляев, Маяковский, Плятт, Мейерхольд, Ахматова. Они, узнав друг друга, составят это время, которое притягивает нас теперь. Несколько коротких десятилетий в конце прошлого и начале наступившего XX века, когда наша культура стала необъяснимо замечательна, когда возник над Россией хрупкий серебряный свет.

И потом — Кринский, Мельников, Веснины, Корбюзье, Леонидов, Жолтовский, Буров, Бархины, Парусников, Синявский, Макаревич, Тарановы, Гутнов — и другие, которых не назвал. С их жизнью связано начало нашей архитектурной школы. Неровный коллаж моей памяти — немногое, чем могу их благодарить за удивительное искусство, оставленное нам.

 

Павла

 

В 1987 году мы ехали по дороге в Псков. Стояли белые ночи. На обочинах были кем-то устроены непонятные тупички, связанные с дорогой. Их было довольно много. Я спросил у Гали, псковского архитектора и нашего добровольного гида, что это значит. Галя сказала: «Это немецкий аэродром, места для их самолётов, а дорога, по которой мы едем, — взлётно-посадочная полоса. Во время войны тут были немцы».

Недалеко от Санкт-Петербурга, в глухом псковском лесу под Порховым стоял вековой парк с зелёным партером. Широкая мраморная лестница вела из парка в огромный дворец, похожий на парижский Версаль, построенный «покоем» — буквой «П», в главный зал дворца с растительным узором паркета и причудливым лепным потолком и стенами. Здесь, в Волышёво, в 1891 году 11 июля состоялся праздник. Мы бы сказали сейчас «утренник». Тринадцатилетняя девочка с необычным именем Павла, очень похожая на юную Комиссаржевскую, в двусветном зале дворца своих титулованных родственников Васильчиковых — Строгановых играла свою первую гастроль в пьесе «Сорванец», давшей начало её театральной карьере.

Всё это непролетарское прошлое Павла Леонтьевна Вульф, моя бабушка, тщательно скрывала.

Она была родом из порховских — по имени города Порхов Псковской губернии — помещиков, ведущих своё родство от псковских дворян Васильчиковых, имевших множество дочерей. Одна из дочерей вышла замуж за сына обрусевшего немецкого барона Карла Вульфа — Леонтия Карловича Вульфа, от брака с которым 19 июля 1878 года и родилась моя бабушка. Другая дочь вышла замуж за графа Стро­ганова, внука Сергея Григорьевича Строганова — основателя Строгановской школы рисования, училища его имени, владельца Волышёво — этого маленького лесного Версаля, майората Строгановых — Васильчиковых, в зале которого состоялся тот далёкий июльский утренник в 1891 году. Бабушка вспоминала: «У меня радостно билось сердце, и я решила: буду актрисой непременно. Играть на сцене — это не сравнимое ни с чем счастье... Помог случай. В одну из поездок в Петербург я увидела на сцене Александринского театра В.Ф.Комиссаржевскую и со всей страстью юности поверила ей не только как актрисе, но и как человеку: она, и никто другой, поможет мне стать актрисой. Она будет моей путеводной звездой, решила я — и не ошиблась».

Через 100 лет мы увидели этот двусветный зал в Волышёво. Усадьба, конный завод, дворовые постройки не сгорели. Но лучше бы мы не заезжали тогда в «имение».
В зале сохранилась часть изумительного паркета с растительным узором, часть лепнины на стенах. Один угол паркета в зале оторван и исчез. Наружная мраморная лестница бездарно разобрана, крыши над залом не было, двери не закрывались. На полу в центре стояла пустая бутылка водки. На вытоптанных дорожках шумели лихие мотоцикли­сты, сторожей не было. Между тем в туристском перечне «Центров культуры» Пскова Волышёво и маршрут к нему значились...

 

 

Ирина

 

Константин Ипполитович Каратеев — начинающий теа­тральный антрепренёр, барин татарских кровей, жуир — не был зарегистрирован с Павлой Леонтьевной Вульф. 31 декабря 1906 года в Москве родилась их дочь Ирина, по святцам — «Урви берега».

Константин Ипполитович обожал дочь. «Вот мы какие» — написал он на своей фотографии с дочерью на руках.

А потом всё дарил и дарил ей подарки — приносил
и прятал за спину со словами: «Дать или не давать?» — «Давать, давать!» — умоляла маленькая Ирина.

В их московской семье часто бывали актёры из других театров. Летом 1912 года к родителям Ирины пришла по своим делам семья актёров Пельтцер с детьми, мальчиком и девочкой, которые тоже учас­твовали в спектаклях ро­дителей. Дети были запущенные, в цыпках, неважно одетые. В тот визит их оставили ждать в садике, боялись вести в дом. Вскоре из дома вышла молодая няня и сказала: «К вам сейчас приведут девочку, её зовут Ира, она с вами тоже поиграет», — и угостила их яблоками и пряниками.

И вот на крыльце появилась шестилетняя девочка — ангел, «посланец из другого мира», в кружевах и бантах,
в белых чулочках и белых кудряшках, а в её руках была дивная фарфоровая куколка, подарен­ная Константином Ипполитовичем, — копия своей хозяйки, тоже в кружевах и бантах. Девочка была не только красивая, но и доброже­лательная, — протянула им свою куколку в знак доверия
и расположе­ния. Брат маленькой Тани тут же схватил эту куколку и оторвал ей голову. Так через 70 лет, уже в 1982 году, об этом нам рассказала Татьяна Ивановна Пельтцер.

Константин Ипполитович Каратеев рано ушёл из жизни. А в документах матери, Павлы Леонтьевны Вульф, остался чужой, фактически давно разведённый с ней человек — Сергей Анисимов. Так и прожила всю жизнь Ирина Вульф не Ириной Константиновной Каратеевой, а Ириной Сергеевной Анисимовой-Вульф.

Дед Ирины по отцовской линии, генерал-май­ор Ипполит Иванович Каратеев, был удивительно одарённым мастером, мудрым, добрым и тонким человеком. Он имел двух детей от первого брака — Ольгу и Константина. Перед своим назначением в Польшу Ипполит Иванович женился второй раз. Там, в польском городке Плоцке, родились пятеро его младших детей. Старший сын — Константин, отец моей матери, служил в то время помощником начальника канцелярии варшавского генерал-губернатора и поддерживал тёплые отношения с новой семьёй отца в Плоцке, был крёстным своего кровного брата Георгия. Константин Ипполитович жил в Варшаве широко, не по средствам, держал собственный выезд, отмеченный не раз в светской хрони­ке, играл и чаще проигрывал. Ипполит Иванович мечтал купить в Полтаве, на родине своей молодой супруги Марии Владимировны, дом и заниматься в отставке резьбой и ювелирным делом. Однако его планам не суждено было сбыться. Крупный проигрыш Константина грозил тому долговой тюрьмой. Ипполит Иванович отдал сыну все свои сбережения, а сам вскоре заболел и, предчувствуя кончину, просил его «не оставлять молодую вдо­ву с пятерыми детьми
и позаботиться о них». В 1909 году Ипполита Ивановича не стало, а его семья нашла приют в Москве, где жил Константин Ипполитович, где родилась его любимая дочь Ирина, которая в детстве играла с маленькими детьми своего деда. Судьба этих пятерых детей стала для Ирины Вульф мучительной неизвестностью, желанной и непостижимой реальностью, которую надо было помнить и молча беречь в своём сердце.

Их жизнь начиналась счастливо — три дочери учились в Смольном институте благородных девиц, двое сыновей — во Втором Кадетском корпусе.

В 1917 году всё опрокинулось. Здание Смольного получило новую небезызвестную биографию, а две не закончившие институт смолянки поехали в Харьков, куда временно перевели институт. Они попрощались с матерью, сестрой Еленой и братьями на перроне Витебского вокзала Петербурга. Семья раскололась. Мать они больше не увидели. Харьков попал в «белую зону». Отступая, белая армия вывезла в эмиграцию и Смольный институт. Потом была Болгария, Константинополь, наконец — Югославия. В дружелюбной атмосфере югославской колонии русских сводные сёстры отца маленькой Ирины Вульф, её тёзка Ирина
и Валентина, прожили всю жизнь. Они хотели вернуться, но в 1923 году им из России было отказано. До 1938 года была переписка с оставшимися в Петербурге родными, но потом писать стало опасно, связь оборвалась. Их мать, Мария Владимировна, умерла в Пе­тербурге в начале войны в 1941 году, затем была блокада, а дальше — ссора Сталина со своим тёзкой Тито: связь с Югославией была потеряна на долгие годы. Оставшиеся в России дети полной мерой испытали последствия своего проис­хождения. Муж старшей сестры Елены был репрессирован, их дети погибли. Средний брат Геор­гий восемь лет поступал, но так и не был принят в университет по «социальным» мотивам.

Младший брат Леонид сумел закончить Академию художеств. Он был одарённый художник, в конце 60-х годов переехал в Москву, последние годы был секретарём Союза художников СССР. Только в 1966 году, после 45-летней разлуки, стала возможной его встреча с Ириной Вульф.

Вот его письмо: он пишет Ирине Константиновне, своей племяннице Ирине Вульф, вспоминает детство, их счастливые годы в Москве, её крещение, его крёстную молитву. Начало их жизни. Я так и не знаю, встретились ли они, став пожилыми: только сейчас, когда уже почти 40 лет нет мамы, я разыскал это его письмо к ней. Она молчала. Пусть — встретились. А тогда они не могли, не имели права искать друг друга, чтобы не погибнуть. Окаянные дни, длившиеся всю жизнь.

 

28 февраля 1969 года

«Моя родная Ирочка!

Позволил себе написать так потому, что не смог написать по-другому, никак не смог.

Может быть, потому, что наедине с собой ничто не сковывает меня, а может быть, потому, что нахлынули воспоминания детства, а тут всё дозволено. Вспомнилась Полтава, 1909 год, смерть отца, первая встреча с старшим братом. Мне было шесть лет, а у него уже дочка Ира. Вспомнилась фотокарточка милой девочки в белых гамашках с надписью сделанной рукой Кости, — «Вот я какая!». А там наш переезд в Москву, короткая, но памятная для меня, жизнь под одной крышей с тётей Полей*. И так появился около меня чудесный и никогда больше не повторившийся в моей жизни светлый образ тёти Поли — изумитель­ного в своей чистоте и силе человека. Это запечатлелось навсегда. Часто в своей творческой работе вспоминал я нежную и хрупкую фигурку тёти Поли, художника огромного таланта и вкуса, да и тех, кого она особенно почитала и дух которых царил в этом доме — Комиссаржевской, Чехова...

Вспомнились наши игры в детской, укладывание спать, наша Наташа, наша няня и «крестины». Наташа становится крёстной мамой, а я отцом. Отцом, который с перепугу не смог прочесть у купели «Верую во единого Бога...» и вынужден был сквозь слёзы повторять за батюшкой каждое слово этой молитвы. Вспомнилось и лето на Псковщине, Порхов, «Плеснино», ведь это наша последняя встреча,
а там война, революция, Петербург, Петроград, Ленинград — и вот теперь опять Москва.

С тех пор прошло более полувека, как мы оказались оторванными друг от друга. По-своему сложилась жизнь  у каждого из нас, и, естественно, трудно было представить себе возможность нашей встречи. Не помешает ли это? Следует ли? А сердце бьётся, стучит и тянется, и как тянется.
И вдруг рядом люди, лично знавшие тётю Полю, поныне работающие с Ирочкой Сергеевной, как кто-то тепло отозвался. И вдруг обрывочек бумаги с типографским шрифтом и словами «репетиции», «хронометраж», «наименование пьес», «количес­тво актов» и т.п. А на всем этом красными чернилами номера телефонов, дорогое имя и адрес. Значит, встреча возможна, значит, мы увидимся, обязательно увидимся. Нужно лишь договориться. Крепко, крепко обнимаю...»

 

Почему Ирина Вульф не была Каратеева? Она не могла быть Ириной Константиновной, открыто быть дочерью своего любимого отца, как будто понимавшего уже тогда всю её будущую муку и напи­савшего на обороте своего фото:

«Родной моей дочке, красотинке ненаглядной, на память о папе, который горячо, всей душой, её любит и никогда
и нигде не забудет о своём Счастье. Не забудь и ты его, моё сокровище.

Храни тебя Господь.

Твой папа Костя. 15 июня 1913 г.».

 

Родословная Каратеевых уходит далеко в прошлое. Она, Ирина Константиновна Каратеева, 31-е колено князя Новгородского Рюрика. Обнаружить это сумел Михаил Дмитриевич Каратеев, правнук старшего кровного брата Ипполита Ивановича — Павла, двоюродный внук пятерым детям Ипполита Ивановича Каратеева, встретивший в Константинополе сестёр-смолянок, покинувших Россию в 1921 году. Лишь в 50-е годы Михаил Дмитриевич смог осуществить давнюю мечту и заняться поисками исторических корней своей семьи. На основе сохранившихся семейных и архив­ных документов он составил родослов­ную князей Карачевских — Каратеевых и добился от русского Эмигрантского комитета в Париже вос­становления княжеского титула, якобы утраченного ещё в XV веке.

Всё это рассказала мне моя двоюродная тётка, Елена Георгиевна Каратеева, теперь Дозорцева, двоюродная сестра моей мамы.

 

* * *

Павла Леонтьевна Вульф после рождения дочери вела трудную кочевую жизнь провинциальной актрисы. После Москвы — Иркутск, Ростов-на-Дону, Крым в 1917—18 годах, окаянные дни, обстрелы, голод. Здоровье её маленькой дочери пошатнулось. Ирину спасла театральная костюмерша Павлы Ле­онтьевны, молодая женщина, ставшая ангелом-хранителем всей нашей семьи, Наталья Александровна Иванова — Тата. Брат Натальи Александровны погиб
в Первую мировую; с сестрой Лизой, жившей в Одессе, Тата была смолоду разлучена. Тата была не только няней
и воспитательницей Ирины. Тата стала её второй и любимой матерью, крёстной и навсегда осталась для Ирины идеалом нравственности. Наталья Александровна была верующим человеком. Ирина Сергеевна воспринимала чистоту отноше­ния Таты к себе и к семье нашей как продолжение внутренней духовности Натальи Александровны, как высо­кий идеал человеческой миссии. Для мамы это было исключительно важно, потому что Тата была из простой одесской семьи театральных портных, обслуживающих артистов, и ни о какой неизбежной аристократической генетике культуры не могло быть и речи.

Может быть, самая пронзительная семейная фотография — они сидят вдвоём на траве у подножья Крымских гор: Тата и шестилетняя Ирина, надёжно защищённая любимой Татой от ветра, яркого солн­ца, — два существа, не умеющих жить друг без друга.

Это было время двух приготовительных классов, французский язык дома и в гимназии, идеальная память и прозвище, которым дразнили её крымские подруги: «Москвичка — тоненькая спичка».

До меня доносится из детства бережная мамина интонация, когда она рассказывала о своей гимнази­ческой юности: добрый батюшка, Закон Божий, начальные слова молитвы: «Отче наш, иже еси на небеси, да святится имя Твоё...» Для неё Наталья Александровна была дорогим воплощением этой гармонии мира в душе человека.

Вся жизнь Таты с нами — с 1906 года, маминого рождения, и до 1957-го, года смерти Натальи Александровны, — все эти пятьдесят лет пронизаны заботой, бывшей для Таты, чуждой всяческой выго­ды и других подобных категорий, потребностью подлинной.

 

В Ростове Тата пела маленькой Ирине песни об этом городе, а потом они пели их мне в моём детстве:

 

В моё окошко, эх, дождь стучится,

Поёт рабочий за станком.

Была я уличною певицей,

А он был княжеским сынком.

Я пела про судьбу-злодейку,

И с раззолоченных перил

Он мне не рубль и не копейку —

Он мне улыбку подарил.

Но старый князь, эх, прознал затею,

Сорвал он с сына ордена

И повелел слуге-лакею

Прогнать девчонку со двора.

И напилась я, эх, в эту ночку,

Зато в блаженном мире том

Была я княжескою дочкой,

А он был уличным певцом...

 

Мама пела мне один раз, когда у меня лет в десять разболелся зуб и она всю ночь согревала своей щекой мою щёку, «нежную» песню:

 

На мели мы лениво налима ловили,

На мели мы ловили линя,

На мели мы с тобой о любви говорили,

На мели ты смотрел на меня...

И ещё:

Хорошо сидеть на крыше,

Кушать персик и айву,

И толстеть от киши-миши,

Абрикоса и халвы.

 

Если станет очень скучно,

Можно тоже с крыши слезть,

Кроме персиков ещё ведь

Персиянки тоже есть!

 

Потом я просил маму ещё спеть мне то, что они в молодо­сти любили, и она напевала — как помнила — из Вертинского:

 

В тихий маленький город, где Вы жили ребёнком,

Из Парижа весной к Вам пришёл туалет.

В этом платье печальном Вы казались Орлёнком —

Бледным маленьким герцогом сказочных лет.

 

В этом платье печальном Вы так долго мечтали

О балах, о пажах, вереницах карет,

И о том, как ночами в светящем Версале

С бледным принцем танцуете Вы менуэт...

 

В этом городе сонном балов не бывало,

Даже не было просто приличных карет.

Годы шли — Вы поблекли, а платье увяло,

Это дивное платье «Мезон Лавалетт».

 

Но однажды сбылись все мечты сумасшедшие:

Платье было надето, фиалки цвели,

И какие-то люди, за Вами пришедшие,

В катафалке на кладбище Вас повезли.

 

На слепых лошадях колыхались плюмажики,

Старый попик кадилом усердно махал —

Так весной в бутафорском смешном экипажике

Вы отправились к Богу на бал...

 

Они — Каратеевы, Вульфы, Ивановы — могли бы жить вместе, видеться, гостить, помогать друг другу, чтить близких. Каждому выпала своя доля.

Их судьбы — разобщённые, угнетённые, но не исчезнувшие, — смогли проявиться и состояться, несмотря на утраты.

Они спасли и достойно пронесли традицию русской культуры в самые, может быть, тяжёлые годы доставшегося им безвременья.

 

***

Ирина Вульф экстерном окончила гимназию с золотой медалью. Жизнь в родной семье каза­лась естественной, единственно возможной. Это её связь, её «пуповина». Ирина любила мать, подарила ей своё фото с надписью: «Моей любименькой родной мамочке дарю свою, приукрашенную фотографом физиономию. Сохрани её и, изредка посматривая, думай: “Вот какая бы у меня могла быть дочка!”».

Они поехали в Казань из Крыма через Москву — все вместе в театр на зимний сезон 1923/24 года. Голод кончил­ся — нэп, нужны деньги. Казань, провинция. Ирина Вульф поступила на педагогический факультет Казанского университета. Всё как будто естественно: сту­дентка, занятия, подготовка дома к семина­рам, учиться легко, но она — в университете, а вся семья — в театре. Всё в доме насыщено сценой, все помыслы мамы с театром, с Фаиной, с актёрами — горячие споры, репе­тиции, студия, которую вела Павла Леонтьевна. Любимая Тата тоже в театре — с Павлой Леонтьевной, с костюмами. Жизнь проходит стороной, она не нужна, домашний ребё­нок, девочка, безумно одинокая после своей крымской дис­трофии, её «педагогический» — чужой им. Чужой им — или и ей, обожающей театр с детства, мучительно влюблённой в свою мать — тоже? Если Ирина станет актрисой, может быть, вернутся золотые дни детства: она станет нужной, незаме­нимой для своей мамы — блистательной Павлы Вульф? Ведь ей 17 лет, она любит театр, что же она делает в Казани? Зачем это педагогическое испытание? Зачем эта безысходная рев­ность к Фаине? Из Москвы — слухи
о «перестройке», о новом театре, о спектаклях МХАТа... Весной 1924 года Ирина Вульф, окончив первый курс Казанского университета, уехала в Москву в отчаянной решимости найти свою жизнь, свой театр, свой святой дом.

 

Уехала поступать в театральную школу-студию МХАТа, к Станиславскому.

 Конкурс огромный. Записавшихся было около 1000 че­ловек, допущенных — 60. Конкурс проводил сам Стани­славский.

Прошёл экзамен. На первый курс была принята группа в 6 человек. Среди них — Нора Полонская, Нина Ольшев­ская, Ирина Вульф. Начались занятия. Часто во время уро­ков вдруг появлялся Станиславский, тихонько садился в углу и смотрел. Он сидел, а студийцы с громко стучащим серд­цем продолжали упражнения и вдруг замечали, что он не смотрит на них, а с темпераментом делает вместе с ними лицевую гимнастику или упражнение на освобождение мышц. С тех пор запомнились ей слова Станиславского: «Это вообще свойство малоспособных и малоразвитых художе­ственных натур — всюду видеть преследование и интриги,
а на самом деле не иметь в себе достаточно развитых сил прекрасного, чтобы повсюду различать и вбирать его в себя».

Мне повезло: я застал самых близких друзей моей ма­мы — Нину Антоновну Ольшевскую и Веронику Витольдовну Полонскую. О каждой из них — красивых, чем-то загадочных жен­щин, непереносимо очаровательных — нужно было бы на­писать отдельно. Они составили эпоху исчезающего преклонения перед красотой, гармонии внутреннего мира и хрупкости внешнего облика.

Они были богаче любых воспоминаний — обожавшие друг друга, ссорившиеся из-за студии и из-за клубники, влюблявшиеся и ненавидевшие 20-летние подруги, не рас­стававшиеся всю жизнь.

Нежность ласкового имени Норочки Полонской навсегда связана с рассказами моей мамы о неповторимой лёгкости её характера, о её покоряющем женском очаровании. На старом фото она в матроске со своим отцом, известным актёром немого кино Витольдом Полонским. 1914 год, ей 9 лет. Отец умер в 1919 году, в её детстве; это её любимая фотография на всю жизнь, они только что снялись вместе в фильме «Когда цветёт сирень». Да, действительно — Сирень... Тогда во МХАТе от неё потерял голову театральный пожарный. Полонская регулярно получала его подарки — огромные коробки роскошных шоколадных конфет. Норочка поделилась своей тайной и сластями с подругами; по­жарный смущал её своей амуницией и манерами. Как быть? Алчные подруги узнали, что укротитель огня в свободные от МХАТа дни подрабатывает на кондитерской фабрике. После этого они стали настаивать, чтобы Норочка про­должала пожарное знакомство, расхваливали шоколадника как могли, пока этот рог изобилия не иссяк.

Норочка внешне не была сентиментальна, она была доб­рожелательна. Её голова, её волосы бывали белокурыми, каш­танового, сиреневого, иногда седого оттенка — цвет менял­ся постоянно, но привлекательность только усиливалась. «Теперь попробую быть такой», — улыбалась Норочка. В этом был какой-то непознаваемый её секрет.

Однажды, рассказывала мама, они наложили на свои лица такие краски на занятиях по гриму, что Станислав­ский остановил студийный просмотр. «Грубо, ярко, неорга­нично», — слушали Нора и Нина разнос Станиславского, а Ирина, ещё не выходившая на сцену, в ужасе бросилась в гримёрную и всё стерла; щёки горели, сердце билось. «Вульф, на сцену, продолжаем!» — услышала она, не успев загримироваться. Выбежала как есть. Секунды тишины, а потом негромкое покашливание Станиславского и его одоб­рительное: «Вот так, хорошо — все смотрите, как надо: легко. Проще, легче, веселее». Краски её молодости оказа­лись выразительнее любого тона и грима.

Однажды поутру Ирина почувствовала, что они рассеянны, не готовы к занятиям. И предложила провести серию этюдов, импровизаций перед студией. Было раннее утро, холодно, темновато, хотелось спать. Нина и Норочка по дороге в студию заметили в витрине кондитерской забавных обледеневших зайцев из марципана, с этим и пришли. Когда Ирина приготовилась начать этюд, обе её очаровательные подруги, приложив руки к ушам, присели по-заячьи и за­скулили: «Мы марципановые зайчики, нам холодно, мы не хотим заниматься!» И Ирина... заплакала.

 

Они были теперь опять вместе — все в Москве. Но это были уже совершенно непохожие две семьи: одна — мхатовской студентки Ирины Вульф и другая — Павлы Леонть­евны, Фаины и Таты. По рассказам мамы могу себе представить после голод­ного Крыма её впечатление от Москвы в разгар нэпа, как они втроём — Ирина Вульф, Нина Ольшевская и Норочка Полонская — ходили по бесчисленным кафе в центре Мос­квы. Всё было дорого, но их кавалеры распускали хвосты, доказывая, что нет ничего невозможного. На подаренном маме фотографическом портрете тех лет — молодой Павел Массальский с роковым взглядом и такой же надписью: «...От “безумца-мужчины”». В открывшихся пивных барах — раки, мочёный горошек, о котором мама потом рассказывала с ностальгическим вожделением, и пиво — с тех пор, навер­ное, она совершенно не боялась посещать подвальчики.

 

Иногда вечерами они собирались у Ардовых, сидели допоздна или до утра. Приходили друзья. Мама рассказыва­ла мне, что один раз пришёл молодой Вольф Мессинг. Он был сутул и некрасив. Решили проверить его искусство. Мессинг вышел из гостиной, а оставшиеся, спрятав лож­ку за валик дивана, пригласили его. Он взял Ирину Вульф за руку — ему необходим был такой посредник-медиум — и, сжав её запястье, быстро пошёл к цели и моментально обнаружил ложку. Решили опыт повторить. Когда Мессинг вышел, вначале опять спрятали ложку в шкатулке на столе. Но этого показалось мало. Кто-то предложил заложить кон­верт в одну из книг. Согласились. Ложку уволили, а кон­верт положили между страниц книги и поставили её на вер­хнюю полку. Мессинг вошёл и долго водил Вульф вокруг стола, приближаясь и отступая от шкатулки. Потом резко поволок медиума к книжной полке, нашёл книгу
и извлёк конверт. «Мне что-то мешало, вы поменяли условия», — сказал он потрясённым гостям.

Но Ирине Вульф роль медиума не прошла даром. Мес­синг пригласил её на свидание в кафе — напротив телегра­фа, где сейчас зеркальный «Макдоналдс». Она твёрдо ре­шила не ходить: он ей не нравился. На тот же час были назначены занятия в мхатовской студии. Но чем ближе был час свидания, тем чаще она смотрела на часы. Пришло время, и Вульф помчалась к телеграфу. Мессинг ждал её, сказал, что хочет, чтобы она стала его женой: он может для этого использовать свой «дар», как он это называл, но хочет, чтобы Вульф пошла на это добровольно, что он не будет на неё воздействовать. Мессинг предложил дать ответ в следующий раз, удобный им обоим. Они попрощались. Ири­на была в панике, это было ужасно. Но Судьба рас­порядилась иначе: Мессинг надолго уехал, его «дар» Вульф не ощущала — очевидно, на большом расстоянии он сла­бел, не действовал. «Больше это не повторялось», — вспоминала мама.

 

Жизнь была замечательна и могла унести её в неизвест­ном направлении. Мама рассказывала, что актёр МХАТа
и вахтанговской студии Юрий Завадский ей долго не нра­вился, но ухаживал очень настойчиво, а главное — очень красиво: бесконечные цветы, коробки конфет с его изоб­ражением в роли Калафа в недавно состоявшейся «Прин­цессе Турандот»; туалетная вода с тем же изображением. Надо было решаться. «Безумцы» пугали хаосом, а тут — молодой принц Калаф — Завадский, олицетворение про­граммы студии и Художественного театра Станиславского. Призрачный мир графики, ностальгическая мелодия Турандот, разлетевшиеся по России открытки его Калафа, клише демонических старцев на экслибрисах и символика расцветающего модерна Москвы — всё это казалось необ­ходимым, почти генетическим импульсом эстетики Завад­ского. Ирина Вульф решилась.

 

Это было, наверное, в 1925—1926 годах на Украине, где в отпуске москвичи — Завадский, Вульф, Комисса­ров, Марков, Прут, Морес, Кедров, Титова — вместе с ак­тёрами Киевского театра снимали комнаты на хуторе Канев в бело­снежных мазанках.

Давний друг Раневской и моей мамы драматург Иосиф Прут вспоминал это время:

«Из Москвы тронулись вчетвером: Ирина Сергеевна Вульф, Юрий Александрович, Павел Александрович Мар­ков и я.

По прибытии на место нас прекрасно устроили в уют­ном домике у великолепной хозяйки, пятидесятилетней вдовы Матрёны Гнатовны.

Утром следующего дня Ира и Павел пошли знакомить­ся с местностью и рынком, а Юрий Александрович вышел посидеть под окнами — на завалинке.

Я что-то записывал в комнате, возле открытого окна,
и услышал такой разговор между Завадским и хозяйкой:

— Ну, раз вы вже у моей хате, так расскажите, Юрий Лександрович: хто з вас хто?

— Я — режиссёр! — ответил Завадский.

— Это ж як понять?

— Режиссёр — человек, который руководит всем на сце­не. Вы бывали в театре?

— Ну як же?! Була. У Полтави: смотрела “Запорожца, шо був за Дунаем”! Добре грали!

— Значит, я — режиссёр: объясняю артистам, как надо двигаться, как произносить слова, как быть одетыми и так далее...

— Ясно. А Воня хто? (Это, естественно, пр

Дополнения Развернуть Свернуть

Указатель  имён

 

Абдулов В. — 87
Абдулов О. — 45, 86—90, 93, 109, 118, 123, 125—128, 137, 208, 235, 257, 300
Абдулова (Метельская) Е.М. — 86, 257, 260, 296, 300
Абибула — 56
Адоскин А. — 204, 205
Александров Г. — 71, 74—77, 81, 209
Алигер М. — 300
Аллен И. — 147, 148, 152—154, 288
Андерсен Г. — 66
Анджапаридзе В. — 266, 281
Андреев Л — 108, 247
Андреева М.Ф. — 23
Андровская — 68
Анисимов С. — 9
Анисимова-Вульф И.С., см. Вульф И.С.
Аноров М. — 204
Анофриев О. — 155, 217
Ануй Ж. — 304
Ардов Б. — 94, 100, 101
Ардов В.Е. — 98, 99, 101, 105, 231—233, 235, 238, 257
Ардов М. — 98, 101
Ардовы — 18, 98—102, 142
Аренская (Жолтовская) О. — 45, 47
Аренский А. — 45
Астангов М. — 38
Афиногенов А. — 110
Афицинский Б. — 219
Афонин Н. — 155
Афонина О. — 204
Ахматова А. — 6, 52, 54, 55, 61, 63, 69—71, 75, 94, 98—102, 105, 107, 136, 142, 147, 149, 150, 154, 155, 157, 158, 165, 166, 168, 170, 231, 234, 255, 262, 264, 277, 280, 281, 283, 288, 294, 296, 298, 299, 301
Ашкенази В. — 112

Бабанова М. — 255
Бабель И. — 69, 147, 166
Бабуров А. — 197
Базалеев Н. — 48, 179
Балиев — 43
Бальзак О. — 131
Баранов К. — 227
Баранцев А. — 204, 207, 213
Баратынский Е. — 45
Барто А. — 65
Бартошевич И. — 192, 194
Бархины — 6
Баталов А. — 94, 98, 101, 212, 231
Батырев В. — 181, 189, 193
Бах И. — 79, 80, 109, 168
Бахтаров Г.Ю. — 32, 47, 48
Белла, см. Аллен И.
Бёлль Г. — 220, 224
Бенкендорф С.А. — 224, 227, 246
Бенкендорфы-Злобины — 118
Бенуа А. — 59, 234
Бердслей О. — 27
Берестов В. — 60
Берзин А. — 75
Бернар С. — 304
Бероев В. — 137, 170, 172, 217, 229, 233, 280
Берсенев И. — 36
Бетховен Л. — 79, 80
Билль-Белоцерковский В. — 95, 110
Бирман С. — 68, 220, 271, 284
Бланк — 158
Блок А. — 166, 170, 234, 263, 285
Блюхер В. — 61
Бокович Д. — 218
Болдуман М. — 38
Бондарчук С. — 229, 247
Бонди С. — 283
Бонич Р. — 182
Боровик — 80
Бородин А. — 29, 137, 207, 227, 246
Борозина А. — 204
Бортников Г. — 137, 207, 215, 217, 219, 220, 226, 241, 242, 248, 250, 272, 273
Брежнев Л. — 137, 266
Брехт — 264
Брик Л. — 67, 68, 232
Брик О. — 67
Брунов Н. — 48, 180
Брюсов В. — 32
Булгаков М. — 169, 227, 267
Булгакова Е. — 147, 292
Бунин И. — 80, 267
Бурд Г. — 138, 194
Буров А. — 6, 48
Бутова Н. — 38, 167, 211
Быкова Н.А. — 198, 199

Вагнер Р. — 147, 168
Вайнштейн Л. — 227
Валова — 21
Ван Гог — 151, 274, 275
Васильев А. — 155
Васильев В. — 235
Васильев С. — 71
Васильчиковы — 7
Васко да Гама — 276
Васнецов В. — 181, 234
Васютинская Н.П. — 236
Вахтангов Е. — 6, 29, 33, 34, 44, 47
Вейгель Е. — 264
Вертинский А. — 14, 84, 100, 193
Веснины — 6
Вечеслова Т. — 146
Викландт О. —112
Виктор Николаевич — 178, 179
Влади М. —171
Владимиров Б. — 137, 195
Вовси — 286
Вой¬цик А. — 37
Волошин М. — 25, 26, 234
Вольтер Ф. — 69
Воскресенский — 179
Врабец П. — 31—33
Врагов В. — 246
Врагова С. — 207, 227, 243
Врубель М. — 27
Вульф А. — 66, 173
Вульф Е.В. — 152
Вульф И.С. — 8—17, 19—21, 23, 24, 28, 30—32, 36, 38, 39, 46, 47, 68, 74, 85, 98, 121, 137, 145, 157, 168, 170, 181, 195, 204—230, 232—235, 237—253, 258
Вульф К. — 7
Вульф Л. — 7
Вульф П.Л. — 6—9, 11, 13, 16, 18, 22—26, 28, 30—32, 40, 43, 50, 52, 56, 58, 64, 70, 71, 77, 78, 82—85, 103, 107, 112, 115—118, 122, 124, 125, 128, 134, 135, 145, 146, 150, 151, 157, 164, 166, 173, 175, 210, 217, 235, 238, 252, 255, 271, 276, 278—284, 289,  297, 304, 308
Вульфы — 15, 31, 148, 239
Высоцкий В. — 171, 296, 297

Габриелян С. — 189, 190, 193
Гайдн И. — 78
Гайнутдинов И. — 187
Галина, см. Гофман
Галич А. — 149
Гарин Э. — 71, 300
Гельфрейх В. — 30
Гельцер Е. — 6, 31, 42, 43, 146
Гендель — 80, 109, 168
Герцен А. — 69, 120, 166
Гершвин Д. — 143, 144
Гёте И.— 109, 158, 284
Гитлер (Шикльгрубер) — 46, 137
Глазычев В. — 198
Глюк К. — 78, 80, 109, 168
Гнесина Е.Ф. — 59
Гогенцоллерны — 79
Гоголь Н. — 110, 120, 132, 285
Голикова Маша, она же Н.Ю. — 71, 75, 77, 291
Голосов П. — 48
Голубовский Б. — 35
Гольдони — 210
Гончаров А. — 227, 248
Гончарова Н. — 56, 143
Горбунов М. — 195
Гордеев В. — 204
Горелов Г. — 194
Горький М. — 59, 75, 110, 147, 156, 159, 194, 282, 283
Готье Ж.-Ж. — 219, 220
Гофман Г. — 7
Гоцци К. — 44
Грибоедов А.— 110
Гумилёв Н. — 61
Гурджи — 181
Гутнов А. — 6, 182, 193, 197
Гутьеррес А. — 227

Давидсон А. — 204
Давыдов В. —262, 279, 295, 308
Данкман И. — 233
Данте А. — 60, 69
Дантес — 143
Даррелл Д. — 119, 120, 301
Демидова А. — 273
Денисова М. — 68
Дикий А.Д. — 35, 36, 47
Диккенс Ч. — 301
Дисней У. — 60
Довженко А. — 71
Доде — 69
Докутович Б. — 225, 227
Долматов¬ский Е. — 112, 130, 166
Донской М. — 71
Дос Пассос — 35
Достоевский Ф. — 69, 100, 120, 218, 219, 247, 271, 285
Дробышева Н. — 229, 250
Дубов А. — 204
Дунаевский — 81
Дьяченко В. — 180
Дятловская Г. — 204

Евстигнеев Е. — 234, 235
Егоров В. — 193, 194
Ела¬гин Ю. — 47
Емельянов Ю.Н. — 181
Ермолова М. — 44, 47
Есенин С. — 34, 170

Жаннере П. — 197
Жаров М. — 62, 254, 300
Жарр М. — 245
Жжёнов Г. — 228
Жиров М. — 186
Жолтовская О.Ф. — 44, 45, 175, 176
Жолтовские — 176
Жолтовский И.В. — 5, 6, 28, 42—48, 175—178, 186, 187, 196, 200, 203

Завадская В. — 27, 44, 46
Завадская Е.И. — 44, 206
Завадские — 27
Завадский А. — 27
Завадский Е. — 45, 175, 186, 214
Завадский Ю.А. — 5, 6, 19—21, 26—32, 34, 36, 44—47, 91, 118, 119, 121, 135, 137, 154, 157, 164, 175, 176, 182, 183, 186, 187, 195, 203—210, 213, 215—218, 221, 222, 224, 227, 235, 238, 239, 241—248, 250—253, 257, 258, 264, 280—282, 284
Завьялов — 136
Заговайлова М.Р. — 21
Захарова Б. — 261, 264, 277
Защипина Н. — 65
Звездин А. — 182, 197
Зеликин Л. — 180
Зильберштейн — 294
Зимин — 42
Злобина Н.М. — 233, 235, 236
Золотухин В. — 155, 207, 217, 226, 252
Зорин Л. — 124
Зощенко М. — 63, 99

Иванов Б. — 204, 215
Иванов В. — 156
Иванова Е.А. — 13, 57, 85
Иванова Н.А., см. Тата
Ивановы — 15
Ильинские — 80
Ильф И. — 28, 147
Иофан Б. — 46
Исаева Т. — 76, 169, 170, 223, 229, 235, 238, 255, 256, 286, 289, 296, 298, 299, 311, 313, 314, 318—320

Кабатова Л. — 181
Каверин — 47
Казарновский И.С. — 74
Каиров — 179
Калустян Т. — 300
Камбурова Е. — 273, 300, 306
Кандинашвили Т. — 225
Кандинский В. — 181
Кантор — 52
Капица П. — 266, 269
Капур Радж — 137
Каратеев Г. — 9
Каратеев И.И. — 9
Каратеев К.И. — 8—12, 24, 235
Каратеев Л. — 10
Каратеев М.Д. — 12
Каратеев П. — 12
Каратеева В. — 10
Каратеева (Дозорцева) Е.Г. — 10, 12
Каратеева И.К. — 9—12
Каратеева М.В. — 9, 10
Каратеева Н.А. — 235, 236, 238
Каратеева О. — 9
Каратеевы — 12, 15
Карачевские — 12
Карвовский А. — 200—202
Кармен Р. — 254
Карташёва И. — 137, 187
Касенкина А. — 204
Катаев В. — 110
Катанян В. — 68
Каток М. — 180, 196
Кафанов — 49, 52
Качалов В. — 63—66, 103, 116, 166, 278, 281
Кедров — 20
Киплинг — 233
Клиберн В. — 146
Климович — 204
Климухин А. — 198, 199
Книппер-Чехова — 270
Ковалёв П. — 180
Козинцев К. — 71
Козлов А. — 185
Колли Н.Д. — 42, 197
Кольбус Э. — 246
Комиссаржевская В.Ф. — 7, 8, 22, 64, 116, 279
Комисса¬ров — 20
Консовский А. — 214, 239
Кончаловская Н. — 117
Кончаловский А. — 229, 239, 241, 247
Кончаловский П. — 181
Коонен А. — 141, 255, 257, 276
Корбюзье Ш.Э. — 6, 42, 46, 156, 197, 198
Корин П. — 59
Корнейчук А. —  47, 60, 110
Коровин К. — 27, 181
Костин — 181
Костырева Г. — 204
Кринский В. — 6
Кропотов В. — 180
Крылов И. — 77, 110
Кузьмина Е. — 37, 97
Купченко И. — 240
Куракин Н.Н. — 153, 154, 288
Кутузов М. — 50

Лавренёв Б. — 110
Ладынина М.А. — 98
Лакшин В.Я. — 42, 267, 268, 291
Лакшина Х. — 71
Лапин — 298
Ларин А. — 202
Лебедев В. — 202
Лебедев Н. — 204
Лебедева С. — 141, 277
Лебедев-Кумач В. — 77, 80, 81
Лебединский Ю. — 110
Левитан И. — 83
Левитин М. — 207, 227, 240
Левыкина Л. — 121
Лежава И. — 197
Леже Н. — 116
Леже Ф. — 116
Лекарев В. — 34
Лемешев С. — 266, 268
Лени¬н (Ульянов) В. — 43, 46, 48, 158, 159
Леньков А. — 175, 204, 217
Леонардо да Винчи — 165
Леонидов И. — 6
Лермонтов М. — 80, 84, 120, 212, 285, 287
Лесков Н. — 69, 94, 120, 283
Лессаж — 69
Летулов А. — 181
Лиза, см. Иванова Е.А.
Лиля, см. Вульф П.Л.
Липкин С. — 112
Лисенко Л. — 181
Лонгфелло Г. — 182
Лондон Д. — 228
Лордкипанидзе Н. — 300
Лорен С. — 210
Лосев — 36, 297, 304, 306
Луков — 71
Луначарский А. — 43, 110
Лунич — 175, 204
Луспекаев П. — 228
Львов М. — 207
Любимов Ю. — 236, 253
Любовь Петровна, см. Орлова Л.П.
Любомудров М. — 30
Людмила, см. Толстая Л.И.
Людовик — 177

Майорова С.Е. — 153, 154, 288
Макаревич  — 6
Макшеев — 36
Малевич К. — 181
Манасарова — 319
Мандельштам О. — 5, 61, 143
Манн Т. — 301
Маннергейм К. — 66
Марецкая В. — 38, 45, 91, 92, 154, 214—216, 220, 247, 248
Марецкая Т.П. — 214
Марецкий Г. — 214
Марецкий Д. — 214
Марецкий Ш. (Александр) — 214
Ма¬ринина К. — 140
Марков П.А. — 20, 21
Мартинкова И. — 137, 225
Маршак С. — 266, 271
Массальский П. — 18
Матрена Гнатовна — 20
Маша, племянница Орловой Л.П., см. Голикова М.
Маяковский В. — 6, 67, 68, 140, 141, 170, 181, 194, 231, 232, 249, 261
Мейерхольд В. — 6, 29, 61, 65, 186, 216
Мельников К. — 6, 44
Мережковский — 234
Меркуров С. — 58
Мессинг В. — 18, 19
Метерлинк — 32
Микеланджело — 165
Миклухо-Маклай — 68, 69
Миллер А. — 224
Миллер Г. — 185
Милютины — 80
Мироненко И. — 204
Миславский В. — 114
Михайлов И. — 27
Михайлов К.К. — 137, 214, 233
Михайловы — 27
Михалков Н. — 229
Михоэлс С. — 29, 60, 67, 71, 108, 166
Мовчан А. — 180, 198
Модильяни А. — 107, 299, 300
Молотов В. — 46, 177
Молчадская А. — 121, 204, 205, 207
Молчанов Е. — 204
Монтан Ив — 80, 82
Мопассан Г. — 270
Мордвинов — 45, 91, 92, 157, 176, 211—214, 227, 247, 281
Морес — 20
Москвин И. — 30
Мошкин К. — 189, 193
Моцарт — 80

Набоков В. — 261
Навои А. — 69
Надъярных Ф.Ф. — 192, 194
Названов М. — 112, 208—210
Названовы — Викландт — 118
Наполеон — 177
Неёлова М. — 273, 287, 301, 313
Некрасов А. — 217
Некрасов В. — 156, 266
Некрасов Н. — 108
Немирович-Данченко В. — 243, 244
Никитин А.Л. — 29
Никитин Л.А. — 29
Николай Петрович — 191, 192
Нико¬нов М.С. — 216—218, 221, 258
Нилин А. — 112
Нилин П. — 112
Новиков Б. — 204
Нонна Петровна, сестра Орловой Л.П. — 77, 78

Образцов С. — 82
Обухова Н. — 78
Оленин Б.Ю. — 92, 210, 258
Ольшанский Е. — 182
Ольшевская Н.А. — 16—18, 97—100, 137, 154, 218, 231, 232, 235, 249, 298
Опекушин — 58 
Орлов Д.А. — 35
Орлова Л.П. — 74—78, 80, 82, 91, 103, 169, 172, 173, 176, 208, 209, 216, 237, 238, 257—259, 278, 280, 291
Орловы — 75
Осипов А.С. — 221
Осипова Е. — 118, 221
Осипова Т.М. — 221
Осиповы — 118, 221
Ослябя — 188
Островский А. — 118, 217, 219, 229, 247, 291, 293, 295, 296
Отиско В. — 229
Охлопков Н. — 47, 70, 281
Очкин — 63

Павлов Л. — 181
Палладио А. — 48, 177
Панков — 137
Па¬нова А. — 35
Панова В. — 204
Парусников М.П. — 6, 187, 188
Парфёновы — 118
Пастернак Б. — 71, 149, 213, 214, 224, 236, 255, 277, 278
Пахомова Л. — 221
Пельтцер — 8
Пельтцер И.Р. — 35
Пельтцер Т. — 9, 266, 269, 300
Первен¬цев А. — 75
Переверзев И. — 37
Пересвет — 188
Перре О. — 42
Петров Е. — 28
Петровых М. — 112, 136, 142
Петрусова В.С. — 213
Петунина З.В. — 181, 182
Пешков М. — 59
Пешкова Е.П. — 159
Пешкова Н.А. — 59, 60, 274, 288
Пикассо П. — 195
Пилявская С. — 232
Пирогов Л. — 118, 134, 143
Пироговы — 118, 144
Плятт Р. — 6, 38, 39, 45, 91, 167, 180, 208—211, 215, 220, 247, 248, 265, 266, 293, 310, 314
Погодин (Стукалов) Н. — 110
Половикова К. — 37
Полонская В.В. — 16—18, 32, 38, 98, 137, 140, 141, 157, 231, 232, 235, 238
Полонский В. — 17
Поль А.С. — 29
Поля, см. Вульф П.Л.
Пономарёв С. — 227
Попов А.Д. — 281
Потоцкая-Михоэлс А.П. — 67
Прокофьев С. — 79, 80
Промыслов — 257
Протопопова Н. — 204
Прут И. — 20, 21, 47, 80, 268
Прут С.Е. — 77, 81
Пруты — 81, 82
Пудовкин В. — 71
Путинцев Э. — 188
Пушкин А.С. — 5, 58, 84, 117, 120, 142, 150, 165, 168, 169, 173, 178, 239, 262, 264, 272, 276, 281, 283, 285, 301, 307, 309 
Пырьев И. — 71, 92

Райзман Ю. — 71
Райкин А. — 171, 266, 269
Раневская (Фельдман) Ф. — 5, 6, 16, 20—25, 28, 30—32, 37, 38, 40, 42—44, 47, 49—66, 68, 71—87, 89—97, 99—110, 112, 115—126, 128, 129, 134—159, 164, 166—174, 178, 197, 210, 211, 214—218, 221—223, 229, 234, 235, 237, 238, 245, 248, 250, 254—259, 261, 262, 264—279, 285—314, 320
Ростропович М. — 211
Ратнер Мирра — 224, 227
Рахманинов С. — 79, 80, 147
Рахманов Л. — 31
Рембрандт В.Р. — 102
Рихтер С. — 84, 147, 167, 211, 255, 266, 269, 278
Розов В.С. — 211, 217—219, 239, 247
Ромм М.И. — 40, 49, 51, 71, 76, 97, 134, 168, 283
Ромм Н. — 51, 97
Роом А. — 71
Рузвельт Ф. — 62
Румнев А. — 106, 107
Румшиский Б. — 138
Руссо Ж. — 69
Рындин В. — 141, 254
Рюрик — 12
Рябушинский — 44, 47, 59, 75

Сабуров В. — 204
Саввина И. — 207, 216, 238, 250, 254, 265, 290, 291, 300
Савельев Ю. — 180, 200
Савченко И. — 71
Садовская О. — 293
Сазонова В. — 137
Сартр Жан-Поль — 224, 298, 299
Сатунц С.Х. — 187, 188
Северянин — 68
Семёнова А. — 27
Серафимович — 133
Сервантес М. — 69
Сергачёв В. — 94, 95
Серов В. — 27
Серова В. — 40, 41, 76, 208
Сидоркин М. — 137
Сидорук К. — 204
Симонов К. — 76, 174, 208
Симонов Н. — 47
Синицына П. — 204
Синявский А. — 6, 180
Синявский В. — 62
Синявский М.И. — 187, 201
Сипин П.Т. — 178
Скокан П. — 176, 179
Скороходов Г. — 174
Смирнова Л. — 37
Смоктуновский И.М. — 229, 235, 238, 247
Смуров Н. — 227, 274, 278
Смышляев В. — 6, 28, 29, 45—47
Смышляева Л. — 45, 175, 176, 204
Соколова И. — 37
Солженицын А. — 210, 236
Сологуб (Тетерников) Ф. — 262
Соломин — 228
Соломин Ю. — 228
Сорди Альберто — 229
Сориа Ж. — 219, 224
Софья Ефимовна, см. Прут С.Е.
Сошальская В.В. — 137, 229, 233—235, 249
Сошальский В. — 234
Спахивогли К. — 225
Сталин И. — 10, 61, 62, 75, 111, 121, 134, 142, 201, 205, 256
Сталина С. — 135, 256
Станиславский К. — 6, 16—19, 29, 30, 44, 45, 98, 187, 227, 243, 271, 272, 278, 281, 282
Станкевич Н. — 45
Стасов В. — 285
Стеблов Е. —229, 250
Стендаль — 281
Страдомская Е. — 37, 72
Страментов К. — 188, 189
Стржельчик — 228
Стриженова М. — 204
Строганов С. — 7
Строгановы — 7
Стручкова Р. — 146
Суворов А. — 50
Сукоян Н. — 179
Сумароковы — 46
Суриков В. — 117
Сурков А. — 75, 131
Суркова С.П. — 75
Суров А. — 91, 110
Сухово-Кобылин А. — 84, 110
Сухотины — 75
Сухоцкая Н. — 64, 95, 156, 159, 254—257, 263, 286, 300, 307, 308, 310—314

Табунщикова О. — 212
Таиров А. — 29, 95, 141
Талызина В. — 137, 217, 229, 234, 248, 249
Таранов А.И. — 193, 198, 200, 277
Таранов И.Г. — 198—200
Таранова Е. — 198, 200
Тарановы — 6, 123, 199
Тата — 13, 14, 16, 24, 28, 30—32, 40, 41, 49, 51—53, 57, 62, 77, 80, 85, 102, 111, 127, 138, 145, 208, 235, 238, 276
Татлин В. — 181
Татушин — 213
Таня, жена А.В.Щеглова, см. Исаева Т.
Ташков — 228
Твардовский А. — 165, 166, 291
Телешёва Е. — 282
Тенин Б. — 125
Тенякова Н. — 300
Терехова М. — 175, 217, 250, 300
Тиллик Л.И. — 233
Тимирязев К. — 58
Тимофеева Н. — 146
Тимрот Е. — 198, 199
Титова — 20
Тихонов Ю. — 194
Толбухин Ф. — 72, 73, 288
Толстая Л.И. — 67
Тол¬стой А. — 59, 67
Толстой Л. — 60, 69, 75, 84, 107, 110, 120, 130, 164, 262, 264, 270, 281, 285
Тонков Б. — 137, 195
Топорков В. — 86
Тото — 235
Трауберг — 71
Тренёв К. — 80
Триоле Э. — 229
Троцкий Л. — 206
Туманов И. — 95
Тургенев И.С. — 37
Тьер А. — 96
Тэсс Т. — 105, 159—163, 262
Тэффи — 146, 147
Тютчев Ф. — 283, 285

Уильямс Т. — 228
Уланова Г. — 119, 141, 142, 146, 147, 254, 255, 269, 277, 300
Унковский М. — 34, 36
Урбах А. — 187
Урусова Э. — 33, 34, 36
Урусовы — 34
Утёсов Л. — 77, 81, 269
Утёсова Э. — 77
Утёсовы — 80

Файко А. — 110
Фальк Р. — 181
Фельдман Г. — 21
Фельдман И. — 22
Фивейский Д. — 38, 39, 180, 232, 233
Флобер Г. — 84, 150, 270
Фрида — 96
Фурцева Е. — 151, 152, 211, 214
Фаина, Фуфа,  см. Раневская Ф.Г.

Ханов А. — 35
Харитонова З. — 197
Хачатурян А. — 80, 213, 214
Хвостов М.В. — 48
Хейердал Т. — 119
Хеллман Л. — 72
Ховина — 68
Ходасевич В.М. — 268
Холина — 183
Христос — 25, 125, 153, 166

Цветаева А. — 32
Цве¬таева М. — 6, 281, 301
Цивьян А. — 188
Цимбал А.И. — 204, 228
Цицерон — 261
Цявловская — 262

Чайковская (Осипова) Е. — 118, 221
Чайковский П. — 79, 80, 147, 168
Чалдымов А. — 48
Чаплин Ч. — 138, 157, 166, 271, 285
Чернова Т. — 204
Чернопятов К. — 84, 200
Чехов А. — 6, 25, 83, 88, 90, 93, 109, 110, 120, 125, 141, 255, 267, 277, 285
Чехов М. — 271
Чечулин Д. — 111, 139, 177
Чиаурели — 315
Чубуков Р.В. — 181
Чуковская Л. — 262, 298
Чуков¬ский К. — 67, 68, 105, 108
Чулаки М. — 112
Чулаки О.Л. — 112
Чураков О. — 190
Чурико¬ва И. — 273

Шагинян М. — 158, 159
Шаляпин Ф. — 42, 79, 271, 285
Шамардина С.С. — 67, 68
Шапошникова Л. — 187
Шарун Г. — 315, 316
Шац¬кая Н. — 226, 252
Швейцер — 166
Шеболдаев — 30, 32
Шевченко Т. — 158
Шекспир В. — 213, 263
Шервинский — 69
Шехтель Ф. — 133, 169
Шилейко — 264
Шкваркин  — 110
Школьников В.М. — 86, 218
Шопен Ф. — 79
Шостакович Д. — 80, 84, 168, 169, 255
Шоу Бернард — 166
Шпеер А. — 46
Штейн А. — 110, 215, 217
Штейн П. — 254
Шток И. — 112, 137
Шубин В. — 227
Шутилов — 182

Щеглов А.В. — 50, 76, 126, 174, 222, 223, 249, 291, 299, 300
Щеглов Александр — 33
Щеглов Валентин — 33—37, 40—42, 44, 173
Щеглов Виктор — 33
Щеглов Д. — 170, 218, 220, 222, 223, 318—321
Щеглов Константин — 33
Щеглов Николай — 33
Щеглова (Квитинская) И. — 219, 222
Щеглова Е. — 33
Щеглова Н.К. — 33
Щегловы — 33
Щед¬рин Б. — 217, 227
Щедрин — 120
Щепкина-Куперник Т. — 108
Щёлоков В. — 204
Щёлоков Р. — 91, 92
Щуко В. — 30

Эйзенштейн С. — 62, 71
Эрдман Н. — 283
Эрик — 224
Эрихсон А. — 27
Эрмлер Ф. — 71
Эрцег М. — 227
Эттинген М. — 210
Эфрос А. — 245, 304

Юккельсон И.С. — 119
Юнгер Е. — 300
Юрский С. — 293, 300, 304, 307
Юткевич С. — 71

Яблочкина А. — 306
Янукова В. — 35
Яншин — 134, 271

 

Рецензии Развернуть Свернуть

Искусство жить и помнить

00.09.2011

Автор: Валерий Иванов
Источник: газета "Москва-Центр"


Прошлое раздвигает границы настоящего, память придает заботам о повседневности особый смысл и содержание. 
Есть люди, которым повезло многое знать о жизни выдающихся современников благодаря своим долгим семейным или дружеским связям с ними. К числу таких людей принадлежит Алексей Щеглов, сын близкой подруги Фаины Раневской, которого великая актриса называла «эрзац-внуком». Его записки о Фаине Георгиевне впервые вышли 12 лет назад и с тех пор были переизданы 34 раза. В новую книгу под названием «Записки эрзац-внука» (издательство «Захаров») вошли комплексные воспоминания: о матери - Ирине Вульф и ее семье, с высокой российской генеалогией, разбитой и запутанной эпохой безвременья, о множестве замечательных людей, разделивших трудности и радости нелегкого двадцатого века. От Ахматовой, Волошина, Брик, Полонской, Марецкой, Ардова, Орловой, Завадского, Пастернака до Абдулова, Золотухина, Неёловой. Без этих людеи Россия не Россия, и Москва не Москва... Хорошо, что у нас проживают выходить книги, позволяющие не расставаться сними. 

Ближе к современности и во многом по-другому написана книга -Apт-пасьянс. Ее автор - Владимир Качан, народный артист России, актер театра и кино, автор-исполнитель. Словом, «человек без определенных занятий» - так его прозвал Михаил Задорнов. За свою жизнь Качан сочинил немало капустников, очерков, эссе, рассказов, рецензий. Наблюдения за собратьями но цеху и за жизнью вообще превращались также в беглые черновые заметки, которые копились до поры до времени. и наконец, легли в основу книги. Мажет быть, автор несколько поторопился: неплохо было бы избавиться от иных узкопрофессиональных отступлений, а также от некоторых натуралистических подробностей. Не во имя ханжества, отнюдь нет! Просто скучновато выглядит постраничное расписывание какой-нибудь неприличной выходки нетрезвого кумира, 
не прибавляющее книге ни литературного блеска, ни житейской достоверности. Тем более что при таком богатстве общения, встреч, совместного творчества, которым располагает автор, есть из чего выбирать.

Фуфа и эрзац-внук

03.10.2011

Автор: Валерий Иванов
Источник: "Читаем вместе" октябрь, 2011

   В первую очередь это биографическая книга. Но ее автор — не писатель, по профессии он архитектор, однако его перу уже принадлежит сочинение «Раневская. Вся жизнь», недавно пережившее тридцать четвертое переиздание. 
    Алексей Щеглов — сын знаменитой актрисы и режиссера Ирины Вульф а также, по словам Фаины Георгиевны Раневской, которая бок о бок прожила с семьей Вульф почти 45 лет, ее «эрзац-внук». И чего только не было в этой жизни: война, голод эвакуация и, конечно, кино, театр и грандиозные встречи — все они отражены в новых а Записках». 
    Так, Фуфа (домашнее имя Раневской) в Ташкенте познакомилась с Анной Ахматовой. Потом она вспоминала: «Мы бродили по рынку, по старому городу. Ей нравился Ташкент, а за мной бежали дети и хором кричали: "Муля не нервируй меня". Это очень надоело, мешало мне слушать ее. К тому же я остро ненавидела роль, которая принесла мне популярность. Я сказала об этом Анне Андреевне. 'Не огорчайтесь, —ответила она, — У каждого из нас есть свой Муля! Я спросила: "Aнна Андреевна, а что у вас «Муля» "?  — "Сжала руки под темной вуалью: это тоже мои "Мули!" , — сказала она». 
    При чтении создается впечатление, что Щеглов, следуя за знаменитой фразой Раневской «Хочу в девятнадцатый век», своим рассказом увлекает нас в двадцатый, для него, несмотря на свою неспокойность, полный такой же томности и красоты, что и предыдущее столетие для Фаины Георгиевны. 
    Евгений Вахтангов, Анастасия Цветаева, Любовь Орлова, Ростислав Плятт и многие по-настоящему великие люди проходят чередой через эту книгу. Точнее, жизнь семьи Вульф так или иначе с ними пересекается. «Они все встретятся, неповторимые люди из прошлого. Без них невозможно представить начало театральной студии, творческой школы, мастерской. <...> Неровный коллаж моей памяти — немногое, чем могу их благодарить за удивительное искусство, оставленное нам».

Отзывы

Заголовок отзыва:
Ваше имя:
E-mail:
Текст отзыва:
Введите код с картинки: